Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: пастух я (список заголовков)
20:52 

От любви до ненависти один шаг.

Печорин*
Скучно жить на этом свете, господа.
История о встрече.

читать дальше

@темы: Проза, Пастух я

21:09 

Последний день лета.

Печорин*
Скучно жить на этом свете, господа.
Законченный отрывок.

19.08.11

Нашу жизнь можно сравнить с одной большой книгой, авторами которой являемся мы сами. Толстая книга с пустыми страницами, и текста суждено написать только владельцу этой книги. В этой книге Жизни есть отдельный том, под названием «детство». И этот том, несомненно, самый замечательный из всех. Именно в нем заключены самые веселые и светлые воспоминания. В этом томе так нелепо и просто описана жизнь, так легко и беззаботно.
В каждом томе есть свои главы. Каждая глава – эта новая ступень в жизни. Ступень, приближающая нас к концу каждого тома. Окончив очередную главу, мы становимся ближе к тому, к чему так тянемся – взрослению, получению опыта. С каждой главой к нам приходит что-то новое, мы чему-то учимся. Понимаем новые вещи, начинаем по-новому смотреть на мир или на отдельные его составляющие.
Но сейчас речь не об этом.
В первом томе нашей книги Жизни есть такие замечательные главы, которые называются «лето». Таких глав много, но они все отличаются друг от друга. В этих главахвесь мир предстает совсем в другом обличии. Все кажется таким радостным и легким. Все хорошо, все замечательно. В этой главе мы отдыхаем, веселимся и так далее, но всему рано или поздно приходит конец, и глава «лето» не является исключением. Заголовок последнего абзаца этой главы можно озаглавить, как « 31 августа».

Тридцать первое августа. Этот день обозначает одновременно две вещи : начало и конец. Странно, не правда ли? Всего один какой-то день является целым порогом, отделяющим две такие разные вещи : отдых от труда. Тридцать первое августа – день, когда заканчиваются летние каникулы. Лето говорит окончательное «До свидания!» и передает все свои права в руки холодной и дождливой осени. И вот лето уходит под затяжную песню холодного ветра, который приносит на своих крыльях уже заждавшуюся осень. Вместе с летом уходят и теплые дни свободы, долгие протяжные сны до двух часов дня, вечные гулянья… Все это покидает нас тридцать первого числа.
Я вот как-то раз задумалась : а ведь том «детство» когда-то обязательно закончится. А вместе с этим томом уйдет и прежнее видение мира : замечательное и прекрасное. На еще не окрепшие плечи разом навалится столько забот : сначала учеба, занятия, потом работа, семья, дети… Сейчас все это кажется таким далеким и недосягаемым, а оглянуться не успеешь – уже и внуков воспитывать нужно. И как-то раз, в конце августа я поняла, что через пару дней закончится моя любимая глава первого тома. Тогда я, честно признаюсь, испугалась : а что, если эта глава – последняя глава первого тома?
Я взглянула на вечереющее небо, на заходящее багровое-багровое солнце и поняла. Поняла, что первый том подходит к концу, но не сейчас. Я не хочу. Как я уже говорила, авторами своей книги Жизни – являемся мы сами, и автором своей являюсь я.
Мне хотелось продлить первый том еще хоть немножечко, хоть на чуть-чуть. Я не захотела отпускать так просто такие дорогие мне воспоминания.

31.08.11

И вот. Сейчас я сижу и смотрю на часы. Нет, вернее я печатаю и смотрю на часы. Сейчас ровно 23:53. Только-только наступило. Еще секунду назад было 22:52. Я тороплюсь, хочу успеть. Успеть написать то, что думаю.
И вот, подошло к концу мое лето. Замечательное лето, честно. Сейчас, вот уже через какие-то пару минут официально наступит первый день учебы. Первый день долгой, нудной и сложной учебы. Этот год обещает быть сложным – экзамены, экзамены и еще раз экзамены. Но я не хочу сейчас об этом думать. Нету времени. Последние минуты лета вот они – ВОТ! Уходят… как вода в решете… Это навевает тоску. Она глухо отдается где-то внутри… Но не в пустоте. Тоска растворяется в гуще ярких и теплых воспоминаний, греющих, как летние лучи солнца. Частичка лета осталась внутри меня, и она будет согревать мне ноги в холодные ноябрьские вечера. Почему ноги? Не знаю. Первое, что в голову пришло. Второпях потому что. Даже ошибки пропускаю – потом. Сейчас главное – писать.
23:58.
Через две минуты закончится моя глава. Я быстро дописываю последние строчки этой главы. Пишу-пишу-пишу…
23:59.
Еще минутка… еще есть время.
Ну, что еще сказать можно? Через какую-то минуту закончится моя глава. А что после? Что после — я узнаю только тогда, когда закончу первую главу, не раньше. В наушниках что-то из классики. Красивая мелодия без слов, которые так сбивают с мыслей. Кажется, Моцарт… Люблю классику, она успокаивает.
Все, пора.

Я делаю последний штрих на листе моей любимой главы и переворачиваю лист… А что там?
Там то, что захочу увидеть я, автор этой книги. Там продолжение первого тома. Но я обещаю, что это ненадолго, ведь я уже говорила, что всему рано или поздно приходит конец. Я обещаю, я не стану надолго затягивать свой первый том. Я просто напишу там кое-что еще и все. Правда.

@темы: Проза, Пастух я

18:55 

Печорин*
Скучно жить на этом свете, господа.
Ночное небо, несомненно, завораживает.




Ночное небо, несомненно, завораживает.


Как-то раз сидела вечером перед ноутбуком в своей любимой Богом забытой, деревушке в предвкушении одновременно и радости и печали. Тогда на листе календаря было 18 августа, а это значило, что до конца лета оставалось ровно тринадцать дней. Эта новость одновременно и радовала, и заставляла сердце сжаться от тоски.
«Всего тринадцать…»,
Пронеслось тогда у меня в голове. Я задумалась, рассуждая о том, как прошло мое лето. Придя к фразе «ну, в целом, не так уж и плохо», невольно улыбнулась. Улыбку вызвали мысли о том, что скоро я наконец-то смогу вернуться, обратно, в Москву. Смогу увидеть свою любимую сестренку, дорогую подругу, знакомых… Ох, как же я по ним тогда соскучилась, не представляете. Уже заранее распланировала с кем и когда я встречусь, в каком порядке. В какие магазины я поеду с подругой, что буду покупать… Замечательные воспоминания.
Почти две недели отделяли меня от начала, но в то же время и конца. И я была этому рада, честно.
В тот вечер я, как и большинство вечеров до этого, сидела на кухне с ноутбуком, попивая при этом уже третью кружку теплого чая. Мама уже давно спала, а мне не хотелось. Писать тянуло шибко. Тогда, еще не так давно, в мае, я увлеклась написанием рассказов, даже не подозревая о том, что это дело настолько затянет меня. Замечательный огромный мир открылся мне тогда.
Иногда вот сижу и думаю: столько всего в мире нового и неизведанного, а то, что по душе, то, что действительно твое из этого огромного мира – лишь единицы, а порой и вовсе что-то одно.
В тот вечер, помню, я опять, как и большинство вечеров до этого, открыла новую страничку ворда, готовясь что-то написать. Рассказ или стих, я уже не помню, что хотела, но помню, что, когда уже занесла руки над белыми кнопочками клавиатуры, не смогла выжать из себя даже строчки. Тогда хотелось писать, но что – я не знала.
Знаете, у начинающих (и не только) писателей довольно-таки часто бывают такие моменты, когда и хочешь что-то написать, внутри все прямо парит, летает, просится наружу, а что с этим сделать, как выпустить – не знаешь. Вот у меня такое часто бывает. И тогда было то же самое. Хотела, а не знала, как найти выход всему, что тогда было внутри меня. Тогда, по обыкновению, чтобы выиграть немного времени (хотя у меня и была целая ночь впереди), я потянулась к своей кружке наполовину наполненной чаем и поднесла ее ко рту. Мне так думалось легче (собственно, поэтому за вечер и выпивалось примерно по четыре чашки). Отглотнув немного теплого напитка, я поняла, что он не такой сладкий, как обычно.
«Не хватает четвертой…»,
Тут же сообразила я и потянулась к сахарнице, которая стояла неподалёку. Насыпав недостающую ложку сахара, размешала ее. Попробовала чай снова.
«Вот это я понимаю»,
И довольно улыбнулась. Но даже четвертая ложка сахара не помогла мне тогда. В голову все равно ничего не шло. Решила немного проветриться и вышла на улицу.
У нас в деревне свой домик с просторный двориком, колодцем и сараями… Романтика для городского жителя.
Я вышла на улицу, обулась в резиновые шлепки и села на деревянный потрескавшийся порог дома. Любимая собака тут же поднялась со своего теплого места и подошла ко мне, пытаясь засунуть свою морду мне под локоть. Она всегда так делала, когда хотела, чтобы ее погладили. Я почесала ее за ухом и посмотрела на небо. Ночные просторы небес всегда завораживали меня. Столько звезд, их так много и они так далеко. Всегда кажешься себе такой маленькой, когда смотришь на ночное небо. Когда смотришь на то, что тебя окружает, когда оно такое необъятное и огромное поневоле ощущаешь себя маленьким. И тогда я опять почувствовала, какая же я на самом деле крошечная по сравнению со всем этим. А иной раз так посмотришь, кажется, что нету ничего больше и необъятнее просторов обычного моря, ну, или поля на крайний случай.
Еще я очень часто думаю о том, что кто-то сейчас точно так же, как и я, сидит, например, на пороге своего деревянного домика с любимой собакой в ногах, смотрит в ночное небо и, точно так же, как и я, думает о том, что на него кто-то смотрит так же, как и он сам. Меня всегда посещают эти мысли, когда, закинув голову, я стою и смотрю на ночные просторы неба.
И в ту ночь я точно так же сидела и размышляла о том, как огромна и безгранична наша вселенная. Опомнилась только, когда холод уже начинал потихоньку сковывать все мое тело, да и назойливые комары уже искусали все ноги. Собака уже давным-давно спала, устроившись у меня в ногах, и мне очень не хотелось будить ее тогда, но проклятый морозец ночи подступал все ближе и ближе. Я взглянула еще раз на небо и улыбнулась.
«Красиво»,
Вернувшись в теплый дом, я взяла в руки небольшой блокнотик, в котором записывала короткие фразы на протяжении всего лета. Чтобы в один из холодных ноябрьских вечеров взять его в руки, открыть наугад страничку и вдохнуть по еще разок теплый воздух лета. Взяв этот блокнотик, ручку и сев за стол, записала там по обыкновению лишь одну короткую фразу.
Ночное небо, несомненно, завораживает.
И все. Эти несколько слов полностью отобразили все то, что я тогда не смогла напечатать.
Вот так странно. Всего каких-то пара слов в сочетании могут совершенно точно выразить все, что хочет сказать человек.

@темы: Проза, Пастух я

23:28 

«…Последний вздох и порыв эмоций».

Печорин*
Скучно жить на этом свете, господа.
Вокруг темнота и ничего больше нету.
Все куда-то исчезло, бесследно пропав.
Я хочу затянуться, подкурив сигарету,
Я вижу кровь на своих руках.
Я слышу во тьме какие-то фразы.
Мне кажется, кто-то меня зовет.
«Бесполезно» скажу я вам сразу,
Ведь рассказчик стиха очень скоро умрет.

Задымился табак.
Огонь зажигалки
Мне слепит глаза
Своим светом ярким.

Руки дрожат и в глазах темнеет,
Сердце стучит с каждым разом все реже.
Попробовав раз, никто не сумеет
Вернуть себе даже обрывков надежды.
Моя жизнь давно превратилась в ад,
Состоящий из одних только из ломок.
И теперь ничего не осталось вообще,
Кроме парочки жалких осколков.

Родной никотин
Проникает внутрь,
И идет до боли знакомым маршрутом.

Темнота поглощает меня всего,
Но я совсем не чувствую боли.
Я давно потерял над собою контроль,
И убил свою силу воли.
В голове нету мыслей, ведь та наркота
Что когда-то давно попала мне в вену,
Постепенно сожгла все внутри дотла
И ушла с опустевшей сцены.

И, забыв про все,
И, закрыв глаза,
Выдыхаю дым,
Но уже навсегда.

Последний раз я слышу стук сердца,
Последний раз ощущаю себя.
Потому что меня почти поглотила
Леденящая душу собой темнота.
Последний вздох и порыв эмоций
Остатки мыслей вместе с душой,
Все это разом уходит навеки
Смешавшись сразу с пустой темнотой.

@темы: Стихи, Пастух я

«Рукописи не горят»

главная